Новая байка Введенского кладбища

Новая байка Введенского кладбища. Обычно я пишу их в ноябре, но в этот раз — досрочно. Много букв, мрак и ужас.

Легионы свободного труда

1919 год. Ночь. В доме на Введенском кладбище
открыто окно, одному человеку не спится.
Курит человек, вдыхая запах сирени.
Это товарищ Иванов, он сегодня
приехал из северной столицы
по особому распоряжению Ленина.

Квартирный вопрос в один день был решен —
комнату дали. Хорошо!
Сторожка на кладбище превратилась
в коммунистическое общежитие,
Дом кирпичный, не деревянный,
чуток потеснился сторож с семьей,
Вселились товарищ Иванов и доктор Богданов.

Этой ночью долго не гаснет окошко,
Товарищ Иванов не может уснуть,
но мысли его далеки от весны и прочей пошлости.
Он мечтает об окончательной победе
будущего над прошлым.
В Москве будет построена радиобашня
На 30 метров выше Эйфелевой.
Сигнал долетит хоть куда
независимо от дальности и рельефа,
От Камчатки до Кушки,
Чтобы каждый советский человек
новости по радио смог послушать.

С утра Иванов разговаривал с проектировщиком,
Он ему протянул руку, сказал сухо:
«Здравствуйте, я инженер Шухов.
Пора уже начинать стройку,
но мешает рабочей силы нехватка.
В Москве свирепствует заморская лихорадка.
Повыкосила болезнь-испанка
ряды строителей коммунизма
Вчера похоронили моего помощника Рабиновича Изю.
На вас вся надежда, милый,
найдите источник рабочей силы».

Следующие два дня товарищ Иванов
Просто сбивался с ног, бегал по всей Москве,
Но рабочих набрать не смог.
Это странно и удивительно,
нашлось всего три десятка строителей.
Ситуация печальная и даже очень.
Где же искать рабочих?

Третий день был воскресный, Иванов не пошел никуда.
Разговорился с соседом. Он работает в Институте труда.
Иванов ему задать насущный вопрос решил:
«А что, товарищ Богданов, нет ли у тебя электрических машин?»
Отвечает Богданов: «Электричество — не вопрос,
но до электромашин наш уровень не дорос».

Беседуют они на лавочке у самого входа на кладбище.
Мимо то и дело носят гробы.
Думает Иванов — вот этот покойный рабочий
Он широкоплечий, сильный и крепкий очень,
он же был нашим товарищем
У него есть руки и ноги,
он мог переносить тяжести, был способен на многое…

Тут к скамейке, где сидят Иванов и Богданов
подходят два каких-то иностранца,
Иванов сначала подумал: наверно из Франции
выяснилось, что ищут могилу покойного родственника,
на смеси итальянского с русским лопочут,
с помощью сторожа удалось помочь им.
Даром, что иностранцы, а простые парни,
все эмоции,как на ладони
старший назвался — Луиджи Гальвани,
а младший — Джованни Альдони.

Товарищ Богданов спрашивает,
он ведь мужик начитанный и неглупый:
«Луиджи, а вы знаете, что вы —
однофамилец автора методики
оживления трупов?»
«No однофамильетс? — отвечает Луиджи, —
этто майего деда дед.
Он был как это…дотторе…врач,
проводиль опыты с электричество много лет».

Услышав слово «электричество»,
товарищ Иванов меняется в лице
И просит рассказать подробнее, о чем речь.
У него появилась цель, он понял,
как рабочую силу можно сберечь.
Как можно использовать рабочую силу заново.
И об этом он говорит товарищу Богданову.

По особому распоряжению Ленина
На Введенском кладбище
был проведен грандиозный эксперимент,
Правда, пришлось экспроприировать
десяток трупов у населения.
«Провожающие, отойдите от гроба,
расходитесь по домам
Вот бумага из Моссовета,
всех покойников оставляйте нам!»
Не время лежать в могиле,
товарищ ты нужен своей стране,
Сейчас, когда любые рабочие руки в цене.

Вот какая статья появилась
в газете «Московская правда»—
Смерть побеждена, пролетарии радуйтесь,
Первая посмертная бригада
заработала на Введенском кладбище.
Рабочие служат делу коммунизма
даже после смерти,
В качестве эксперимента они
заложили кирпичами большую брешь в стене,
высота которой — четыре метра.

«Товарищи Богданов, Фридлянд, Иванов, Коц и другие каждым проделанным экспериментом демонстрируют торжество пролетарской науки и новые перспективы диалектического преобразования прежнего мира. Просто дух захватывает, когда смотришь, как по мере подключения электричества пробуждаются мертвые тела, как они переносят кирпичи из одной кучи в другую, как вдвоем поднимают носилки с бетоном, как под воздействием точно рассчитанной стимуляции они протягивают друг другу руки в крепком рукопожатии. Тов. Коц предлагает мне поздороваться с одним из подопечных, с Василием, умершим три недели тому назад. И я ощущаю рукопожатие – холодное, если иметь в виду температуру по Цельсию, но воистину горячее, если иметь в виду мировую революцию. Путейский рабочий Никифоров умер два месяца тому назад, но и его тело все еще способно к передвижению и захватам. Тов. Богданов говорит, что это не предел: если усовершенствовать холодильную камеру, тела смогут сохраняться годами и вносить свою немалую лепту в созидательный труд победившего пролетариата!»

Д. Глябин «О пополнении легионов свободного труда». изд. Пролетарский авангард.

Доктор Богданов плодотворно работал
над этим проектом в Институте труда,
Пока не подкралась беда,
для омоложения организма
он перелил себе кровь молодого рабочего,
Но подвел не открытый еще резус-фактор,
поэтому результат получился не очень.
В некрологе написали:
«Погиб на передовых рубежах науки»
а подопечные мертвецы
успокоились и сложили рабочие руки,
в этот тяжелый момент
никто не решился продолжить эксперимент.

Что же касается товарища Иванова,
то с ним жизнь поступила еще более сурово,
Ему не пришлось поработать
на строительстве Шуховской башни
даже в качестве тела,
он заразился испанкой от Джованни Альдони
(напрасно Иванов пожимал иностранцу ладони),
промучился две недели и был похоронен,
лежит в гробу по старинке, без дела.
Будете на Введенском, я вам могилу его покажу,
от входа направо, возле часовенки белой.

Алиса Орлова